КИЇВ

Нажмите «Нравится»,
чтобы читать «Комментарии» в Facebook!

Спасибо, я уже с вами.

Лицо Киева: ТОП-10 самых богатых горожан начала XX века (часть II)

0

Городские богачи прошлого века сколачивали состояние, продавая табак или сдавая внаем квартиры. 

«Киев. Комментарии» продолжают публиковать рейтинг киевских богачей, живших в конце XIX - начале XX столетий. Во вторую пятерку рейтинга попали табачные магнаты, молчаливый банщик и скупой провизор.

Табачные монополисты

Табачное дело для Соломона Ароновича Когена, – караима родом из Евпатории, – было семейным. Его отец был табачным фабрикантом в этом крымском городке. Какое-то время Соломон помогал отцу, а позже уехал в Киев и совместно с другим караимом Шапшалом открыл собственное производство. Фабрика «Соломон Коген» поначалу представляла из себя небольшое предприятие – всего на 20 рабочих, и занималось производством турецкого табака и сигар. Располагалось оно на Крещатике, 17. После того, как Соломон Коген выкупил долю компаньона, став единоличным владельцем фабрики, он построил для нее новый 2-этажный корпус на ул. Ново-Елизаветинской, 7 (сейчас Пушкинская). Здание же на Крещатике было расширено: здесь находился склад продукции, фирменный магазин, а на втором этаже жил сам фабрикант. На новом месте работало уже 250 человек, производивших махорку, плиточный табак, папиросы, сигареты и сигары. К слову, табачные листья привозили не только из Крыма, но и из Абхазии, Бессарабии, Греции и Малой Азии. Одновременно, брат Соломона, – Моисей, – открыл на ул. Лютеранской свою табачную фабрику, где работало 227 человек. После смерти Соломона Моисей стал владельцем обоих фабрик и передал бизнес старшему сыну Абраму.

Богатейший домовладелец, умерший нищим в советской больнице

Лев Борисович Гинзбург, приехавший в Киев работать на строительстве, завоевал уважение и славу в городе уже через десять лет. Его строительная контора считалась лучшей подрядной организацией в Киеве. Именно Гинзбургу поручали строить Оперный театр, Троицкий народный дом, Николаевский костел, Хоральную синагогу, Караимскую кенасу, здание Госбанка, корпуса Политехнического института и Южно-Русского машиностроительного завода (в советское время переименован в Ленкузню). С денежными заказами сам Лев Борисович постепенно становился крупным киевским домовладельцем. Его первый 6-этажный доходный дом в свое время был самым высоким в городе, к тому же, его оборудовали технической новинкой – лифтом. Второй дом уже имел 7 этажей. А третий, – знаменитый «небоскреб Гинзбурга», – насчитывал 11 этажей. Это здание было самым высоким в Киеве с 1912 по 1941 года, когда дом взорвали. Умер «король подрядчиков» в 20-х годах при СССР. Из воспоминаний поэта Осипа Мандельштама известно, что киевские «нэпманы» уважали «память знаменитого подрядчика Гинзбурга, баснословного домовладельца, который умер нищим в советской больнице».

Печатных дел мастер

Стефан Васильевич Кульженко рано остался сиротой и был принят под опеку тетки. Не доучившись в Софийском духовном училище из-за смерти опекунши, он поступил в ученики владельца типографии Вальнера. Со временем, работая в различных типографиях города, Кульженко прошел по цепочке все производственные этапы: работал машинистом, литографом, печатником цветной печати. В конце концов, перешел в типографию Давиденко, где от конторщика дослужился до управляющего. Став фактически собственником, Кульженко сделал типографию лучшей в Киеве. В Германии и в Москве он приобрел новейшие станки, а из Петербурга привез паровую машину. На Крещатике был открыт фирменный магазин канцелярских товаров. Позже были приобретены словолитная и гальванопластическая мастерские, цинкография. Долгое время типография Кульженко была единственной в Юго-Западном крае, в которой применялась технология фототипии – точного воспроизведения рисунков без растровой сетки. Стефан Васильевич издавал деловые бланки, конторские книги, блокноты, визитные карточки, газеты, иллюстрированные журналы. Выпускались также конверты, почтовые карточки, открытки, упаковочные и подарочные коробки. К слову, не забывал он и о личном благосостоянии. Именно Кульженко выкупил известную дачу «Кинь-Грусть» на Приорке (ныне - район площади Шевченко), которую после этого стали называть «дачей Кульженко». Впроче, Кульженко был не просто владельцем типографии, а и проректором Киевского фотографического института, профессором Киевского художественного института.

Молчаливый банщик

Приехав в Киев из Германии, Фридрих Густавович Михельсон приобрел кирпичное и стекловаренное предприятия на окраинах города. Он также владел многочиленной недвижимостью в центре Киева. Считается, что общая стоимость его имущества составляла 2,5 млн. руб. – баснословные по тем временам деньги. Но в историю его имя, пожалуй, вписали известнейшие в городе «Народные бани Михельсона». Бани на углу Ново-Елизаветинской (позже Пушкинской) и Шулявской (позже Караваевской) улиц действовали с 1877 года. Заведение отличалось роскошной отделкой. В нем имелось несколько ванн, отдельные номера, зал ожидания. Киевская городская санитарная комиссия признавала бани Михельсона лучшими в Киеве. Кстати, женская парилка размещалась в подвале, а ее окна выходили на улицу, привлекая толпы зевак. Услуги (стоимостью от 15 до 40 коп.) предоставлялись ежедневно (помимо главных праздников), а самые бедные слои населения могли посетить бани по вторникам, четвергам, пятницам и субботам всего за 7 коп. Для своих бань Фридрих Густавович даже пытался провести через Крещатик с Днепра отдельный водопровод, не забыв пообещать местным жителям дополнительные удобства. Но в связи с отсутствием свободного места на берегу реки, Городская дума ему отказала. К слову, Михельсон и сам был гласным (депутатом) Городской думы. И постоянно терпел насмешки журналистов из-за своей нелюдимости и молчаливости.

Скупой провизор

Николая Даниловича Фромметта назвать бедным было нельзя. Он владел в Киеве 2-мя аптеками, усадьбой с доходными домами на углу современных бульв. Шевченко и ул. Коцюбинского, имением в Прилуцком уезде. Однако молва приписывала ему колоссальную скупость. Даже своему сыну он выдавал на ежедневные траты всего по 30 коп. К старости его разбил паралич, и далее он вел дела уже с помощью доверенных лиц, которые, как говорят, все неразборчивые указания больного выполняли сугубо по своему усмотрению. В итоге они разорили как самого Николая Даниловича, так и его сына Роберта. Лишь через 4 года после прихода доверенных лиц сам провизор был признан недееспособным из-за «паралитического скудоумия». Над имуществом установили опеку, однако сын унаследовал от когда-то огромного состояния чуть меньше 700 руб.

По материалам: «Киев - Историческая энциклопедия» (3 MEDIA, 2000).

 Фото: fawnstechshop.com.

Новости партнеров

Новости Trembita.info

Последние новости

17:10

Жителей столицы приглашают на фестиваль сыра и вина

16:54

Реку Почайна уничтожают ради строительства дороги

15:39

По проспекту Победы частично ограничат движение

14:22

Дебаты на «Олимпийском»: где смотреть прямую трансляцию

13:17

В Киеве построят крупнейший в стране скейт-парк

Последние новости технологий искусственного интеллекта

Архів

kyiv.comments.ua

block2

kyiv.comments.ua
Загрузка...

  © «Комментарии:», 2014

Система Orphus